Подробнее >>
К этому времени из Шереметевского дворца (Фонтанного Дома) уже был выселен Институт Арктики и Антарктики, занимавший его с начала 1940-х гг. Для Музея Ахматовой был выделен садовый флигель в 4 этажа: на третьем этаже была та квартира, где Ахматова жила с 1925 до 1952 гг.

На этом отрезке времени – 1988 - 1989гг. внимание ленинградского начальства к созданию музея было огромным: выделяли необходимые денежные средства, заседания проходили прямо в кабинете зам. начальника управления культуры при общем благосклонном интересе и участии. Никто не требовал тематико-экспозиционные планы для утверждения, не было ни то что цензуры, а даже намека на нее. Возникало ощущение, что Ленинград в лице своих руководителей на фоне перестроечных идей проводил торжественные ахматовские мероприятия и создавал музей, чтобы искупить свою вину перед именем Ахматовой и утвердиться в общественном мнении в новом качестве, соответствуя горбачевским идеям отказа от тоталитарного прошлого.

На открытии музея 24 июня 1989 года речь произносил председатель Ленсовета В. Ходарев (писали текст сотрудники заранее). Открытие традиционно проходило в форме митинга перед входом в музей в саду. Потом гости группами проходили по комнатам новой экспозиции (художник Т. Н. Воронихина).

В сознании некоторых наших партнеров (например, немецкого Общества по установлению связей со странами Восточной Европы в городе Майнце) открытие Музея Анны Ахматовой ставилось в связь с идеями перестройки, падением берлинской стены в том же 1989 году и установлению новых контактов России с Западной Европой.

Материалы, документы, фотографии, подлинные вещи Ахматовой мы начали собирать сразу же после решения об открытии музея. Нужно было определить круг друзей и современников Ахматовой как в Ленинграде, так и в Москве. Некоторые имена были известны: в самиздате ходил сборник воспоминаний об Ахматовой, но одних уже не было, другие были слишком стары. По цепочке стали находиться и имена и адреса тех, кто готов был общаться с вновь создаваемым музеем. В некоторых случаях трудно было преодолеть атмосферу недоверия, другие были более доброжелательны, но всегда требовались определенные усилия, чтобы установить контакт и подвигнуть людей расстаться с ахматовскими вещами. Поражало главное: никакая государственная власть, предавшая анафеме имя Ахматовой, никакие ждановские постановления были не в силах заставить этих людей отречься от преданного, уважительного отношения к ее памяти: из ящиков письменных столов или с антресолей доставали книги с ее автографами, фотографии, рукописи, подлинные вещи, которые хранились как семейные реликвии.

В день открытия музея мы вывесили список имен тех, кто помог нам открыть музей: там было более полусотни имен. Музей Анны Ахматовой в Фонтанном Доме это не только память о ее жизни в этих стенах, но и память о большом круге людей, которые вопреки государственному давлению почти полвека сохраняли в своих домашних архивах ахматовские материалы.

Сегодня коллекция Музея Анны Ахматовой в Фонтанном Доме насчитывает до 50 тысяч единиц хранения. Это и книжное собрание: книги писателей серебряного века с автографами, издания Ахматовой, фонд фотографий (в том числе документальных), собрание рукописей (как самой Ахматовой, так и ее современников), изобразительных материалов и подлинных вещей.

Контакты Музея с кругом людей, в домашних коллекциях которых хранятся ахматовские материалы, продолжаются. Мы будем рады рассмотреть предложения тех, кто готов пополнить собрание музея материалами, связанными с историей жизни Ахматовой и историей культуры и общества ахматовского времени.