|
На секретере Бродского – фотографии
Марины Цветаевой 1940 года после ее возвращения из эмиграции
в Советскую Россию. Бродский очень любил поэзию Цветаевой,
а в одном из интервью даже назвал ее величайшим поэтом XX
века. ‚Время – источник ритма. ... И чем более поэт технически
разнообразен, тем интимнее его контакт со временем, с источником
ритма. Так вот, Цветаева – один из самых ритмически разнообразных
поэтов. Ритмически богатых, щедрых.
|
|
... Время говорит с индивидуумом
разными голосами. У времени есть свой бас, свой тенор. И у
него есть свой фальцет. Если угодно, Цветаева – это фальцет
времени. Голос, выходящий за пределы нотной грамоты‘.
|
